Как убивали Мирзо Улугбека


Cон в «голубом» дворце
  ...Уже под утро молодому “луноликому” правителю Самарканда Абдулатифу приснился кошмарный сон. Будто бы некий лукавый царедворец, почтительно склонившись, но, пряча при этом свое лицо в тени, протянул ему золотое блюдо, на котором покоилось нечто округлое, накрытое шелковым платком. Абдулатиф во сне же сдернул платок и, к своему ужасу, увидел на блюде… собственную отрубленную голову.
  Проснувшись в холодном поту, молодой государь некоторое время лежал недвижно, вслушиваясь в мертвую тишину ночных покоев дворца Кок-сарай По бархатным занавескам тревожно колыхались смутные тени. Затем взял со столика томик стихов своего любимого поэта Низами, по которому имел обыкновение толковать свои сны и предчувствия. Раскрыл книгу наугад и прочитал при слабом свете ночной лампы такие строки:
“Отцеубийце не может достаться царство, а если достанется, то не более чем на шесть месяцев”. Как раз шел шестой месяц его, отцеубийцы, правления…(«Голубой дворец»).
Мятежный сын
   Абдулатиф был старшим сыном султана Улугбека, государя-астронома, а значит – родным правнуком великого завоевателя, “Потрясателя вселенной” Тимура.  У Улугбека было пять жен и шесть наложниц, и не установлено от какой из них родился Абдулатиф. Воспитывался он в Герате под надзором царицы Гаухар-Шад, матери Улугбека. В 1441г. между царевичем и державной бабушкой произошла ссора, и он уехал в Самарканд к отцу.
   Вскоре после смерти Тимура его огромная держава, простиравшаяся от Эгейского моря до Китайского Туркестана, фактически распалась на две части. Одной частью, Мавераннахром, со столицей в Самарканде, правил Улугбек, второй частью, Хорасаном, со столицей в Герате, - Шахрух, отец Улугбека и младший сын Тимура.
  В 1447 году, через 42 года после смерти Тимура, скончался Шахрух. Тут же началась упорная борьба за освободившийся престол. Вроде бы, все права были у Улугбека, как у старшего из оставшихся в живых Тимуридов. Но в том-то и заключалась драма, что, являясь великим ученым, он считался слабым правителем. Пока был жив его отец Шахрух, их тандем удерживал амбиции других честолюбивых родственников в узде. Но вот Шахруха не стало, и смута началась в обеих частях бывшей империи.
   И всё же в борьбе с мятежными эмирами и беками Улугбек мог уже опереться на двух своих повзрослевших сыновей. Правда, младший Абдулазиз рос изнеженным и капризным, склонным к непродуманным поступкам.
   А вот старший Абдулатиф явно пошел талантами в прадеда. Жесткий и неуступчивый, он отлично владел оружием, мог сутками без отдыха держаться в седле, а главное – умел проводить успешные военные операции, заманивая противника в ловушку, а затем разбивая его по частям.
  Так или иначе, Улугбек с помощью обоих своих сыновей подавил очаги сопротивления, после чего сделал Абдулатифа правителем удела в Балхе – ключевом пункте на севере Афганистана. И вообще, после этого мятежа Улугбек стал смотреть на старшего сына, как на своего наиболее вероятного преемника. Вот только бы отучить того от проявлений неоправданной жестокости, столь пагубной для правителей…
  Улугбек вернулся в Самарканд, где продолжил давно уже разработанную им 30-летнюю программу астрономических наблюдений, прерванных очередной смутой.
  И вдруг по городу прокатились чудовищные вести: Абдулатиф выступил против родного отца! Он с воинами уже перешел Джейхун (местное название Амударьи) и ускоренным маршем движется на Самарканд!
Отречение от трона
   Как же могло произойти подобное? Злые языки говорили, что Улугбек сам виноват в сложившейся ситуации. После победы над мятежниками Улугбек якобы публично поблагодарил Абдулазиза за оказанную помощь, а Абдулатифу не сказал ни одного доброго слова, хотя именно тот внес наибольший вклад в успех. Кроме того, Улугбек не разрешил Абдулатифу взять золото, которое тот хранил в крепости, отбитой им же у врагов. Но корень зла таился не только в этих семейных обидах.
    Недовольство против Улугбека накопилось у многих влиятельных вельмож, чьи права были ограничены, у торговцев и ремесленников, вынужденных платить высокий налог “тамга”, а главное – у духовенства, не приемлющего того раскрепощенного, светского образа поведения, что утвердил при своем дворе ученый султан.
  Воспользовавшись обидами царевича, заговорщики, беззастенчиво льстя его честолюбию, подбили его на выступление против отца.
Абдулатиф, поверивший лукавым царедворцам и уже видевший себя в мечтах “вторым Тимуром”, новым покорителем вселенной, щедро раздавал обещания. Торговцам он сулил отменить налог “тамга”, эмирам – восстановить их права, духовенству – избавить двор от “нечестивых” порядков. Так или иначе,  ряды его сторонников множились день ото дня. 
  В октябре 1449 года войска Улугбека и Абдулатифа, отца и сына, сошлись в битве неподалеку от Самарканда. Еще до начала сражения многие эмиры-военачальники предали Улугбека, перейдя на сторону мятежника. С немногими верными телохранителями Улугбек отступил к Самарканду, но в город его не впустили, издевательски ответив с высокой башни: “После вечерней молитвы ворота закрыты перед всеми, будь то шах или нищий!”
  Улугбек поскакал к крепости Шахрухия, расположенной к северу от столицы, но и здесь ворота перед ним не открыли. И тогда Улугбек принял мужественное решение. Не желая вступать в затяжную кровопролитную войну с собственным сыном, он решил добровольно сложить свои полномочия и уступить престол Абдулатифу с условием, что получит возможность беспрепятственно заниматься наукой и системой образования, не вмешиваясь в государственные дела. Он был уверен, что его родной сын охотно согласиться на такой договор, выгодный для того во всех отношениях.
На окраине кишлака
  Вот уже третий день Улугбек находился в Кок-сарае на положении пленника. Он передал сыну несколько писем со своими предложениями, но тот так и не пожелал встретиться с отцом. Но вот к пленнику пожаловал сарайбон - новый дворецкий, объявивший, что ему, бывшему правителю, надлежит незамедлительно совершить паломничество в Мекку, чтобы замолить свои грехи, после чего он сможет продолжить занятия в обсерватории. В тот же день Улугбек отправился в дальний путь в сопровождении четырех спутников.
  Едва городские стены растаяли в голубоватой дымке, как небольшую группу паломников нагнал гонец, передавший, что те должны остановиться на ночлег в ближайшем селении. Дескать, завтра им предоставят для удобства верблюдов со всей необходимой поклажей, и они смогут продолжить свой путь.
  Остановились в небольшом домике на краю кишлака. Обитатели дома были, похоже, выселены отсюда заранее. Рядом со двором протекал арык. В сиреневом небе загорались первые звезды. Внезапно со стороны степи показались три всадника, скакавших во весь опор. Вот они вихрем ворвались во двор.
  К этому моменту совсем уже стемнело, и всё же Улугбек узнал в одном из всадников некоего Саида Аббаса, полубезумного распространителя слухов, будто бы Улугбек велел когда-то казнить его ни в чем не повинного отца. Но сейчас это вымышленное утверждение давало Аббасу право на акт кровной мести.
  Но каким образом Аббас мог узнать о маршруте паломников? И Улугбек понял, что ничего случайного здесь нет, что он стал жертвой четко спланированного покушения, на которое дал согласие его родной сын.
  Все его спутники куда-то подевались. Аббас с подручными схватили бывшего правителя, связали его, проволокли к арыку и поставили здесь на колени.В руках Аббаса сверкнул меч. Голова Улугбека скатилась на глинистую землю…Это случилось 25 октября 1449 года.
Он получил свое
   Заговорщики, поставившие у власти Абдулатифа, с каждым месяцем всё больше и больше разочаровывались в своем избраннике. Тот проявлял излишнюю жестокость, болезненную мнительность, не желал слушать “мудрых” советов, да и свои обещания исполнять не спешил. Разве таким должен быть повелитель государства с многомиллионным населением?
Он велел тайно казнить всех участников убийства его отца, потребовав, чтобы ему принесли голову Аббаса; затем велел задушить младшего брата Абдулазиза, опасаясь, что тот когда-нибудь захочет овладеть троном; затем начал гонения на своих недавних соратников…
   Несмотря на тайные казни, все в Самарканде, включая последнего дервиша, знали, кто был истинным виновником убийства Улугбека, как знали и то, что останки бывшего правителя были закопаны без соблюдения ритуала под покровом ночи в углу двора медресе, основанного Улугбеком и носившим его имя.
  Разве можно почитать правителя, осквернившего тело своего отца! Пользуясь современной терминологией, рейтинг молодого государя упал до самой низкой отметки…
  По восточному дворцовому этикету его всё еще величали “тенью Аллаха на земле”, “луноликим повелителем”, но уже никто не стал бы служить этому человеку верой и правдой. Вдобавок, как и бывает всегда в подобных ситуациях, нашелся другой, более подходящий кандидат на трон.
  7 мая 1450 года Абдулатиф с десятком телохранителей возвращался в город с охоты. Он подъезжал ко рву перед городской стеной, когда из-за высокой насыпи показался лучник. Стрела просвистела в воздухе, и пронзенный ею Абдулатиф упал с коня. Тотчас из придорожных кустов выскочили воины с обнаженными мечами. И вот уже голова Абдулатифа отделилась от туловища. Никто из телохранителей даже не сделал попытки защитить своего господина.

    Через некоторое время голова Абдулатифа с белой лентой на лбу, на которой выделялась крупная надпись “ОТЦЕУБИЙЦА”, была выставлена на воротах медресе Улугбека. Он пробыл у власти пять с половиной месяцев. Стихи Низами оказались пророческими.
  Трон (на короткое время) занял племянник Улугбека Абдулла, распорядившийся похоронить с почетом останки своего дяди в мавзолее Гур-Эмир, где находились гробницы Тимура и Шахруха. О том, куда подевалась голова Абдулатифа, история умалчивает. Есть предположение, что останки отцеубийцы   погребены в мавзолее Аксарай в Самарканде.

НАШ ТЕЛЕГРАММ – КАНАЛ:  https://t.me/samturinfo

INSTAGRAM: https://www.instagram.com/samturinfo.uz/

        FВ:https://www.facebook.com/samturinfo


Комментарии (0)